Катастрофический градуализм

Биньямину Нетаньяху следует перечитать своего предшественника Зеева Жаботинского

В прошлом месяце зять и старший советник президента США Дональда Трампа Джаред Кушнер обнародовал амбициозный план по укреплению палестинской экономики в надежде, что миллиарды долларов инвестиций откроют дорогу к мирному существованию Израиля и Палестины. Но подготовленное соглашение вовсе не является «сделкой века», как хотелось бы Дональду Трампу. Так называемый план «Мир во имя процветания» оторван от реальности и обречен на провал.

Идея о том, что экономический пряник может убедить палестинцев признать превосходство Израиля, достаточно стара. Премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль, некоторые ранние сионисты и даже местные арабы за всегда утверждали, что этот посыл отвечает экономическим интересам коренного населения.

Совсем недавно правый премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху снова взялся за идею «экономического мира». В 1988-м году он утверждал, что быстрый экономический рост даст простым палестинцам «долю» в мире и «поддержит достижение» политического урегулирования в будущем. Конечно, нет ничего плохого в обещании экономического процветания; но, если исходить от Нетаньяху, который никогда не предлагал убедительной политической сделки, такой план не сможет быть убедительным для палестинцев.

Теперь администрация Дональда Трампа пытается реализовать свое видение. По сути, это план Маршалла для Ближнего Востока. Предложение «Мир во имя процветания» направлено на то, чтобы в течение следующего десятилетия привлечь новые региональные и международные инвестиции в палестинскую экономику в объеме до 50 миллиардов долларов. Администрация Трампа утверждает, что это также должно стимулировать экономику Египта, Ливана и Иордании, которые напрямую затронуты израильско-палестинским конфликтом.

Тем не менее в плане Кушнера не упоминаются некоторые из самых серьезных барьеров на пути к миру, такие как произвольное использование Израилем палестинских природных ресурсов и его контрольно-пропускные пункты, которые препятствуют свободному передвижению и повышают транспортные расходы. Для достижения результатов, которые обещает администрация Трампа, эти преграды должны быть устранены.

Но и этого по-прежнему недостаточно, чтобы убедить палестинцев. Палестинское национальное движение остается в своей революционной фазе, когда экономические соображения всегда уступают политическим. Это имело место даже в богатой Каталонии, где бегство более 3000 компаний не смогло ослабить общественную поддержку сепаратистов. Офисы президента Палестинской администрации Махмуда Аббаса и его предшественника Ясира Арафата увешаны изображениями мечети Аль-Акса в Иерусалиме (третье по значимости место ислама) и картами оккупированной Палестины, а не фотографиями Джона Мейнарда Кейнса или Жана Монне.

Эти приоритеты расставлены и в политике. Например, в феврале Аббас предпочел рискнуть экономическим коллапсом и не принимать налоговые поступления, которые Израиль собирает от своего имени, что составляет 63% бюджета палестинского правительства. Аббас протестовал против одностороннего решения Израиля вычесть около 5% от суммы, выплаченной ПА в виде стипендий семьям палестинцев, осужденных за терроризм и отбывающих сроки в израильских тюрьмах.

За 52 года военной оккупации, двух потрясших общество интифад и разрушительного краха двух мирных договоров, фундаментальные требования палестинцев никогда не менялись. Они хотят, чтобы в основе предложения лежало соглашение о границах 1967 года, которое включает право на возвращение значительного числа палестинских беженцев. И, фактически, независимая Палестина, свободная для торговли с арабским миром и Европой, обеспечит доходы и рост ВВП, намного превышающие те, что принесет план Кушнера.

Сможет ли следующий президент Еврокомиссии превзойти своего предшественника

Для палестинцев принятие экономической сделки было бы равносильно предательству палестинских беженцев — и, пожалуй, мечты о государственности — за пригоршню долларов. Но это не значит, что они должны ее отвергнуть.

Палестинцы отказывались от предложений по перемирию, многие из которых были гораздо более разумными, чем планы Кушнера. Чего они не сделали, так это не привлекли международное сообщество к разработке всеобъемлющего встречного предложения. Их предложение, которое должно было бы пойти гораздо дальше, чем арабская мирная инициатива 2002 года, или портфель соответствующих резолюций Организации Объединенных Наций, могло бы даже включать план Кушнера как часть перехода к окончательному урегулированию конфликта.

В прошлом переходные соглашения составляли то, что Джордж Оруэлл назвал «катастрофическим градуализмом». Но при наличии надежной экономической стратегии это могло бы трансформироваться в «благоприятный градуализм». В конце концов, экономическое развитие могло бы иметь большое значение для стабилизации палестинского общества в процессе борьбы за государственность, что резко повышает шансы на долгосрочный успех.

В 1923-м году основатель сионистского права Зеев Жаботинский назвал это «детской фантазией», полагая, что палестинцы «продадут свою родину за железнодорожную сеть». Мало что поменялось с тех пор. Но вместо того чтобы прямо отвергать выплаты, палестинцы должны сделать собственное предложение, тем самым восстановив дипломатическую инициативу в мире, который в значительной степени утратил интерес к их делу.